Ноя
11
2009
Москва, Ноябрь 12 (Новый Регион, Алексей Усов) – Замгоссекретаря США Эллен Тошер заявила, что Вашингтон «очень разочарован» реакцией Москвы на свои предложения к новому договору о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ), что стало первым признанием проблем на переговорах, которые должны завершиться к 5 декабря. По версии «Коммерсанта», причина «разочарования» – негласные соглашения: Вашингтон стремится сохранить контроль над российскими мобильными межконтинентальными баллистическими ракетами «Тополь», с чем не согласны в Москве.
Заявление замгоссекретаря США Эллен Тошер о «разочаровании» Вашингтона стали первым за последние недели официальным признанием наличия серьезных проблем в подготовке нового договора по СНВ, который и Москва, и Вашингтон считают ключевым документом года. Что именно после этого пошло не так, Эллен Тошер предпочла не пояснять. Дело в том, что Москва и Вашингтон условились не обнародовать детали работы над новым соглашением по СНВ до тех пор, пока оно не будет готово в окончательной редакции.
Эксперты, привлеченные к процессу подготовки договора, сообщили о некоторых пока неурегулированных сторонами противоречиях. В том числе – о расхождениях по минимальному уровню носителей ядерных боеголовок, который должен быть закреплен в будущем СНВ, а также по механизму контроля над мобильными межконтинентальными баллистическими ракетами (МБР). «В своем пакете американцы обозначили новый потолок для носителей боезарядов, с которым мы не совсем согласны», – пояснили эксперты, не раскрыв количество предложенных Вашингтоном боеголовок.
Неувязки вокруг контроля над МБР специалисты объясняют тем, что Вашингтон предложил оставить в новом СНВ механизм мониторинга, прописанный в истекающем договоре СНВ-1: «Они предлагают сохранить и даже усилить контроль над нашими мобильными МБР типа «Тополь». Мы же против выделения «Тополей» в отдельную категорию».
Такая позиция Москвы связана с тем, что у США сейчас нет на вооружении мобильных наземных МБР и поэтому американское предложение «носит односторонний характер». Судя по всему, предлагая установить контроль над российскими мобильными МБР, американская сторона пытается отчасти восстановить баланс, нарушенный после того, как США в 1991 году свернули программы разработки собственных мобильных комплексов.
В действующем Договоре о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1) от 31 июля 1991 года имеется ряд принципиальных ограничений, касающихся мобильных пусковых установок межконтинентальных ракет.
Во-первых, на таких установках не может быть развернуто более 1100 боеголовок. Во-вторых, развернутые грунтовые мобильные пусковые установки (ПУ) могут базироваться только в ограниченных районах площадью не более 5 кв. км – и не более десяти ПУ в каждом. В-третьих, район развертывания мобильных ПУ не должен превышать 125 тыс. кв. км, в таком районе может находиться не более одной базы мобильных ракет. Покидать район развертывания ПУ могут ««только в порядке передислокаций или оперативных рассредоточений», при этом в передислокации не могут участвовать сразу все установки и ракеты.
Наконец, каждая из сторон обязана по требованию другой передавать ей уведомления о передвижениях и рассредоточениях мобильных ПУ. Для обеспечения контроля стороны используют свои национальные технические средства. Для «содействия контролю» каждая ракета для мобильных ПУ получает собственный опознавательный знак. Предусмотрена также такая мера, как «выставление мобильных пусковых установок под открытым небом» – правда, с запросом на такое действие каждая сторона может обратиться не более семи раз в год.